Переворот

11 марта 2021

Пострадавшие превращаются в виновников ДТП. Сотрудники полиции фальсифицируют материалы дел, но остаются безнаказанными. Суды выносят незаконные приговоры, делая людей преступниками и заставляя возмещать ущерб. Можно ли добиться справедливости, или закона уже нет…

Зимняя дорога
       31 декабря, накануне Нового, 2020 года, в 12 часов 14 минут в Октябрьском районе Пермского края, на 79 км автодороги «Голдыри-Орда-Октябрьский» произошло столкновение автомобилей Lada Vesta и Skoda Oktavia. В результате ДТП тяжкий вред здоровью был причинен двоим малолетним детям и средней тяжести - их отцу - Марису Гиниятову, управлявшему автомобилем Lada. За рулем второго автомобиля находилась Анастасия Змеева, которая ехала по направлению из поселка Октябрьский в п.Тюш. На пассажирском сидении находился ее родной брат. В своих показаниях он сообщил следователям, что они двигались по прямой дороге, никаких маневров Змеева не совершала и в какую-либо сторону не смещалась. После удара их автомобиль стоял на правой обочине передней частью в сторону правого кювета. Выйдя из машины, он увидел второй автомобиль «Лада», который был расположен на левой обочине дороги. Опавшая от столкновения грязь и осколки с транспортных средств лежала на их полосе движения.
      В тот день видимость была около 100 метров, снегопад, метель. Дорога плохо почищена. Водитель С, который остановился, увидев аварию, и вызвал полицию, пояснил, что «наиболее плотная концентрация мелких осколков находилась на середине проезжей части дороги». Он общался с водителем «Шкоды», и она сказала: «Как он в меня врезался…». Свидетели, которые увозили детей в больницу, говорили о том, что осыпь грязи была на стороне иномарки.
      Водитель «Лады» впоследствии дал показания о том, что во время движения он «неожиданно увидел свет фар встречного автомобиля, который двигался посередине проезжей части дороги, после чего произошло столкновение, и он потерял сознание». То же самое рассказала его жена.
      Так кто выехал на встречную полосу, и по чьей вине произошла авария, в которой пострадали дети?

 

Экспертизы
      
Как рассказал Сергей Змеев, муж водителя «Шкоды», когда он приехал на место, то сотрудники ему однозначно сказали, что в его жену врезались. Но в результате, 17 марта 2020 года, ей было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ, то есть нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью малолетних. Следователь СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю К.Г.Осипов принял такое решение на основании протокола осмотра места ДТП, схемы административного правонарушения. А также – судебной автотехнической экспертизы, которую провели в подведомственном МВД России экспертно-криминалистическом центре.
     Согласно протокола осмотра места ДТП, «Лада» находится в левом кювете, при этом расстояние от правого переднего колеса до края проезжей части составляет 3,9 метра. Согласно схемы, заднее правое колесо находится на границе проезжей части и обочины, а от правого переднего колеса до края проезжей части расстояние 3,9 метра. Эксперт Н.А.Собянина указывает, что автомобиль «Лада» расположен на левой обочине правым задним колесом на левом краю проезжей части и на расстоянии 3,9 метра от левого края проезжей части до правого переднего колеса автомобиля. В соответствии с фототаблицей «Лада» находится в кювете под углом к проезжей части. Согласно техническим характеристикам этого автомобиля, расстояние между передней и задней осями составляет всего 2,6 метра. Из этого следует, что он не мог расположиться так, как указано в схеме, в протоколе и описано в заключении эксперта. Даже если предположить, что размеры машины отличаются от заводских, то «растянуться» больше, чем на 3,5 м (расстояние от задней оси до передней части автомобиля) она не могла, - отмечает адвокат Змеевой.
      Экспертом не принято во внимание расположение осыпи грязи, находящейся на середине дороги, и зафиксированной на фотографиях. Согласно методических рекомендаций, для проведения судебных автотехнических экспертиз достаточно точно место столкновения определяется по расположению земли, осыпавшихся с нижних частей транспортных средств (ТС) в момент удара практически в том месте, где и произошло столкновение. В то время как эксперт определяла место столкновения по расположению осколков стекла и пластмассы, разлетевшихся в разные стороны.
      «Место столкновения, указанное в схеме от 31.12.2019 г., в продольном направлении не противоречит объективным данным, зафиксированным при осмотре места происшествия, по ширине проезжей части, наиболее вероятно, столкновение автомобилей произошло несколько ближе к осевой линии проезжей части…»
      Но где именно? Может, автомобиль «Лада» двигался с частичным заездом на полосу встречного движения, учитывая перекрытия передних частей столкнувшихся автомобилей, равное 40 см? 
       Если анализировать схему ДТП, то в ней указаны три предположительных места столкновения. Почему эксперт выбрала одно? Как пояснит впоследствии следователь, это он в постановлении о назначении экспертизы указал одно место ДТП, которое было установлено путем проведения следственных действий. Каких действий, не указывает. То есть К.Г.Осипов, не обладая специальными знаниями, сделал вывод о месте происшествия. Н.А.Собянина только подтвердила эту версию: «С экспертной точки зрения, причиной имевшего места ДТП является факт нахождения автомобиля Skoda-Oktavia» на стороне дороги, предназначенной для встречного для него движения».
     
Конечное расположение ТС на месте происшествия, а также следы от автомобиля Шкода, свидетельствуют о том, что столкновение произошло на полосе движения автомобиля «Шкода», - уверен адвокат. После ознакомления с этой экспертизой он обратился с ходатайством к следователю. Для принятия обоснованного и законного решения по уголовному делу необходимо проведение комплексной судебной автотехнической и трасологической экспертизы в другом учреждении, т.к. эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Пермскому краю не могут более точно и обоснованно ответить на поставленные вопросы, - отмечается в ходатайстве. Но следователь Осипов полностью отказал в его удовлетворении. Тогда Змеевы решили обратиться к независимому эксперту.

Сергей Змеев:
    
-Нами было заявлено ходатайство о предоставлении копий 60 фотографий, сделанных в ходе осмотра места происшествия, но и в этом нам следователь отказал.

      Из-за этого при независимом исследовании, проведенном специалистом «АвтоТехЭксперт» В.В. Стригой, не было возможности определить фактическое расположение транспортных средств в момент первоначального контакта относительно границ проезжей части дороги, поскольку отсутствовали масштабные и детальные снимки следов торможения, качения, бокового скольжения, сдвига колес и т.д. Тем не менее, в выводах эксперт отметил:
     «Место столкновения, отмеченное в схеме места происшествия знаком «X» цифрой 1, не соответствует «привязанным» размерам, которые отмечены в схеме места происшествия от 31.12.2019 г. и противоречит объективным данным.
     На основании проведенных исследований
 можно заключить, что столкновение транспортных средств произошло в районе середины проезжей части дороги. При этом, исходя из угла столкновения и их перекрытия при столкновении, как автомобиль «LADA VESTA», так и автомобиль «SKODA OCTAVIA» в момент первоначального контакта, могли находиться с выездом на полосу встречного движения».
     
Таким образом, даже исходя из имеющейся информации, эксперт пытается обратить внимание следствия на факты, которые опровергают выводы эксперта Н.А.Собяниной или по крайней мере вызывают вопросы.
     В деле есть еще одна экспертиза, которую уже назначил суд. Ее провели в подведомственном учреждении Минюста РФ ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы». Эксперт Т.Н.Цыпкова, в отличие от независимого специалиста, получила все фотографии и другие материалы.

На один из вопросов суда она отвечает так:
      «В представленных материалах дела имеются сведения, указывающие о наличии осыпей осколков пластиковых деталей, их расположении относительно проезжей части дороги, а также данные, позволяющие определить направление движения транспортных средств после столкновения.
     Оценка представленных фотоматериалов выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника».

     Эксперт не устанавливает и нигде не показывает, как машины двигались после столкновения. Но при этом делает однозначный и категоричный вывод о виновности Анастасии Змеевой, опираясь только на протокол осмотра места происшествия и схему к нему.

     «Решение технической возможности предотвращения столкновения водителем автомобиля Lada Vesta Гиниятовым не имеет технического смысла, поскольку ни снижение скорости, ни остановка автомобиля не исключали столкновения со встречным автомобилем Skoda Oktavia, водитель которого не предпринимал мер к торможению….В его действиях несоответствия требованиям Правил дорожного движения не усматривается»

      И все-таки не понятно, почему возникли столько явные противоречия в оценках? Но, может, суд попытался разобраться?

Формальные процессы
      
Почему в протоколе осмотра места ДТП, а также в схеме, исправлены цифры? И в суде выяснилось, что схема места совершения административного правонарушения, которая оказалась в материалах дела, не совпадает со схемой, предоставленной сотрудниками ГИБДД в день ДТП супругу обвиняемой, которая сразу же после аварии была выложена на сайте АИУС ГИБДД!
      В первоначальной схеме от колеса автомобиля «Шкода» до места ДТП – 2 метра по ширине проезжей части. А в исправленном – 11,1 м по ширине, хотя вся дорога 7,4 метра. И так изменены практически все расстояния, имеющие принципиальное значение для определения места столкновения и виновника ДТП. И вот автомобиль со своей полосы уже переместился на встречную.

Сергей Змеев:
     - По первоначальной схеме ДТП произошло на стороне супруги, а по схеме находящейся в материалах дела, -на стороне движения встречного автомобиля. В суде спрашивали следователя Суздальцеву, откуда замеры? Она сказала, что совместно с инспектором ДПС Окладниковым рисовала. А он сказал, что был со следователем Суздальцевой и поэтому думал, что правильно.

      Понятых при осмотре не было, а  ход и результаты следственного действия зафиксированы не полностью. На первоначальной схеме стоит время 14.10 ч, а на схеме находящейся в материалах дела, -13.00. Время первой фотографии, сделанной специалистом МВД В.А.Сазоновым, - 14.48, а последней – 15.46, что также подтверждает достоверность данных схемы, с которой был ознакомлен Сергей Змеев. В материалах дела написано, что использовался фотоаппарат «Сanon»,  а на самом деле был «Nikon», как и указано на фотографиях. В протоколе отсутствуют сведения о наличии на участке 78-79 км дорожного знака «Опасный поворот» и показания спидометра автомобиля «Лада» - 98 км/ч, что зафиксировано экспертом Цыпковой, а также следы разворота на более, чем на 180° относительно первоначального движения  автомобиля «Лада». То есть очевидно, что Гиниятов превысил скорость, но следствие, а потом и суд закрыли на это глаза.
      На фотографиях в материалах дела виден колпак от колеса, а на фотографиях выполненных сотрудниками  МЧС и ДПС, которые были сделаны до проведения следственных действий, - его нет. Это свидетельствует о том, что в обстановку на месте аварии были внесены изменения, также как в протокол и схему, которые «подвели» к одному времени – 13.00. В итоге место расположения этого колпака и сочли за место столкновения.
      При вынесении приговора судью Октябрьского районного суда Э.Р.Таипова эти обстоятельства не смутили. Он принял за основу показания супругов Гиниятовых, свидетелей – старшего следователя СО отдела МВД России по Октябрьскому району Н.В.Суздальцеву, инспекторов ДПС Е.О.Игошева, П.В.Окладникова, которые «кивали» друг на друга и не могли объяснить, почему у них переделаны документы, но зато однозначно сделали вывод о том, что столкновение произошло на полосе движения автомобиля «Лада». Водитель М.,не явившийся в судебное заседание, в ходе предварительного расследования сообщил, что «концентрация осколков находилась на полосе проезжей части, где находился автомобиль «Лада-Веста». Но почему этим показаниям отдал предпочтение судья, а не тем, которые дали двое других водителей Р. и Е., пояснивших, что «наибольшая концентрация осыпавшейся грязи находится на проезжей части на полосе движения для автомобиля «Шкода». Ко всем доводам, представленным стороной защиты обвиняемой, суд относится критически, и полностью в своем решении опирается на доказательства следствия.  В результате Таипов приходит к выводу, что Анастасия Змеева виновна и назначает ей наказание в виде одного года шести месяцев ограничения свободы.
       В апелляционной жалобе адвокат Змеевой обращает внимание суда на то, что в основу приговора положены показания потерпевших и свидетелей, которые противоречат фактическим обстоятельствам дела, которые рассматривались в суде. Сотрудники (Суздальцева и Окладников) неоднократно меняли свои показания. Схема, на основании которой проводила экспертизу Цыпкова, – вообще не понятно, когда нарисована, но зато понятно, с какой целью. Суд отказал в проведении следственного эксперимента, назначении комиссионной автотехнической экспертизы.
      Как считают Змеевы, судья Пермского краевого суда Г.В.Овчинникова тоже не захотела разбираться с не устраненными противоречиями, с ненадлежащими доказательствами и необоснованными выводами суда, с тем, что «закрыли глаза» на превышение скорости и переписанные документы. Приговор оставили без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Невнимательные и забывчивые
      Еще после первого ознакомления с материалами дела руководством отдела следователю были даны указания о допросе сотрудников полиции, участвовавших в осмотре места происшествия. Так, Н.В.Суздальцева поясняет: «…Некоторые размеры в протоколе осмотра места ДТП мною были указаны неверно или не указаны вообще, однако данные размеры, отраженные в схеме места ДТП, полностью соответствуют действительности». Инспектор ДПС П.В.Окладников: «Данный размер был указан мною неверно по невнимательности и не соответствовал действительности, поэтому я хотел его убрать, а именно закрасить в последующем корректором, однако в последующем забыл это сделать».
      Помимо этого, они не зафиксировали прямолинейный след, не изъяли образцы веществ, осыпавшихся после столкновения. Суздальцева указывает, что в автомобиле «Шкода» осмотром зафиксирована стрелка спидометра на отметке 90 км/ч, а то, что у водителя «Лады» - 98 км/ч не указывает. Инспектор Е.О.Игошев сообщил, то у автомобиля «Шкода» стрелка остановилась на отметке 85 км/ч, а про «Ладу» опять ни слова. Следователя Осипова такие ответы в протоколе допроса свидетелей вполне устроили. Как и прокуратуру.
      Сразу послу утверждения обвинительного заключения адвокат Анастасии Змеевой обращался к прокурору Пермского края А.А.Юмшанову с жалобой и указывал на нарушения закона. Он просил изъять уголовное дело из производства СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю и передать для дальнейшего расследования в следственные органы подразделения СК РФ, предоставить копии фотоснимков для проведения независимой экспертизы, осмотреть сайт АИУС ГИБДД, где есть вся информация по делу, назначить экспертизу, определить место столкновения и т.д. После этого следователь Осипов еще раз допросил Суздальцеву, и выяснилось, что масштаб ее невнимательности и забывчивости еще увеличился. Она либо «забыла отразить», либо «отразила неверно» вообще все.

    «…по ходу движения в направлении п.Тюш присутствовали дорожные знаки, которые я забыла отразить в протоколе…
    ..я по невнимательности неверно указала расстояние от правого переднего колеса до дорожного знака…
     Также я забыла указать, что правое переднее колесо автомобиля было расположено на левом краю проезжей части.
      Размеры от правого заднего колеса автомобиля до осыпи пластиковых деталей мною были указаны неверно ввиду невнимательности и не соответствуют действительности…
      Мною ошибочно была зафиксирован стрелка спидометра…
      На месте ДТП был обнаружен прямолинейный след от установленного места столкновения…, но не был отражен ни в протоколе осмотра, ни в схеме…»

       После вступления приговора в законную силу, сторона защиты обратилась с жалобами в СУ СК России по Пермскому краю, а также в Прокуратуру по Пермскому краю, чтобы была проведена проверка должностных лиц, а также возобновлено  дело по вновь открывшимся обстоятельствам.  К этой жалобе были приложены  опросы руководителей  МЧС России по Пермскому краю в Октябрьском районе, которые прибыли на место ДТП до приезда сотрудников полиции. Они подтвердили, что колпак на проезжей части отсутствовал. Пятна грязи, осколки пластика были на стороне дороги по направлению в п.Тюш, куда ехала Змеева Анастасия. А также сообщили, что в период их нахождения на месте происшествия с 12.27 до 14.00 сотрудниками МВД следственных действий не производилось. А как тогда могли протокол и схема быть составлены в 13.00 ? Никак. Поэтому в первоначальной, верной схеме и указано время 14.10. Но нелепые объяснения следователей и инспекторов удовлетворили Прокуратуру Пермского края, в отличие от показаний сотрудников МЧС. Больше того, на сайт АИУС ГИБДД проверяющие «не пошли». Им оказалось достаточно того, что следователь Осипов дал пояснения, что в материалах дела находится правильная схема, а схему на сайте АИУС ГИБДД он не видел. Никаких нарушений закона в выполнении профессиональных обязанностей должностными лицами не нашли.
     Чем же можно объяснить такое игнорирование очевидных фактов всеми инстанциями и должностными лицами? А ларчик просто открывался.

Сергей Змеев:
    - Оказалось, что Марис Гиниятов является действующим сотрудником полиции. В то утро он ехал с ночной смены. Видимо, с того момента, как об этом стало известно, все расследование пошло по пути обвинения моей супруги. Ничем другим мы объяснить это не можем. Ему, конечно, не хотелось бы иметь судимость, да и в этом случае он не смог бы получить компенсацию вреда здоровью. Это ужасно, что пострадали дети. Но у нас тоже двое детей, и если моя супруга не совершала этого преступления, то почему должна за него отвечать?

 

Оксана Асауленко

№9(124) от 12 ноября